Свершаю бедный обряд.

Там жду я Прекрасной Дамы

В мерцании красных лампад...

За дверью тишина. Пусть, пусть послушает Блока.

В тени у высокой колонны

Дрожу от скрипа дверей...

Дрожу от скрипа дверей. Это по теме.

А в лицо мне глядит, озаренный

Только образ, лишь сон о ней.

Слушай, пушкинист, а если твой друг детства Вовка Спиридонов в отсутствие Анюты привел в квартиру Прекрасную Даму и ждет не дождется конца работы, чтобы домой поскорей?

Ты помнишь чудное мгновенье, пушкинист?

Мысль о Прекрасной Даме в Вовкиной квартире представляется Дмитрию Николаевичу настолько изящной, что он сразу начинает в нее верить. Может, кто и не знает Вовку Спиридонова, в он знает. Это очень возможно. Это возможно скорее, чем Раскольников с топором. Прекрасная Дама за дверью чувствует себя на крючке, потому что сейчас приедет милиция.

Пожалуйста, пусть уходит, кто ей не дает?

Ты ей не даешь.

Такие мысли посещают Дмитрия Николаевича в последние минуты до приезда опергруппы. Тот, кто за дверью, наверно, тоже чувствует приближение милиции. Кто бы он ни был - Прекрасной Дамой или Квартирным Грабителем - ему пора удирать.

Замок поворачивается до отказа, и дверь осторожно начинает приоткрываться. Дмитрий Николаевич замирает, готовый на любое откровение. Вот уже в щели за дверью в Вовкином коридоре что-то мелькает, но внизу раздается топот многочисленных ног, дверь испуганно захлопывается, и перед Дмитрием Николаевичем на лестничной площадке вырастают трое озабоченных широкоплечих ребят в штатском.

- В чем дело? Почему лифт не работает? - запыхавшись, спрашивает один из них.

- А он у нас только вечером, - объясняет Чухонцев.

- Хорошо, с лифтом выяснили, - нетерпеливо вмешивается второй. - А кто милицию вызывал?

- Там кто-то есть, - Чухонцев указывает на дверь.