"Интересно, - голосом Хамфри Богарта подумал Редер, - почему из всех распивочных на всех базах этого мира мне довелось именно в эту забрести? Ведь этот бар просто образцовый. - Он вздохнул. - Я тут всего раз побывал и уже наверняка знаю, что буду по нему скучать", - грустно подумал он затем. Зато Питер точно не собирался скучать по госпиталю с его изнурительными часами физиотерапии и страстно желал вернуться к настоящей работе.

Официантка переключила видик на спортивную программу, и это разом вывело Редера из задумчивости. Стена превратилась в беспорядочную кутерьму мечущихся фигур, глухих ударов и стонов с ревом толпы на заднем плане.

Красочно разодетые чудища на полном ходу наскакивали друг на друга, испуская театральные охи и крехи вперемежку с низким рычанием. Игра представляла собой что-то вроде американского футбола, только без мяча. Здоровенные мужики толкали друг друга по полю к стойкам ворот, схватываясь и вырываясь. Изображение дергалось и мигало, пока режиссер переключался с одной нашлемной камеры на другую.

Редер с официанткой немного понаблюдали, после чего в обоюдном безразличии отвернулись.

- А почему мы вообще с этими фанатиками в войну ввязались? раздраженным тоном спросила официантка, имея в виду ту программу, с которой она только что переключилась. - Я хочу сказать, если мокаки хотели от Содружества отделиться, почему мы тогда при первом же удобном случае раз и навсегда с ними не распрощались? Сказали бы им скатертью дорожка и все дела. Нет, правда, почему? - Она недовольно закатила глаза.

- Вижу, моя милая, вы никогда об антиводороде не слышали. - Питер глотнул еще пива. - Реальность такова, что без него Содружеству очень туго придется.

Хотя вопрос был вполне уместен. "Эти мокаки, - подумал Редер, - так омерзительны, что порой кажется - надо совсем с ума сойти, чтобы даже в бою с ними дело иметь".