Хорманн двинулся за ним в зеленую комнату.

На стенах висели обрывки выцветших обоев и рамка, где когда-то красовалась репродукция Матье. Ставни прикрывали окна без стекол. Где-то в углу трещал сверчок. Единственной мебелью был одноногий столик, который Хорманн хорошо помнил. Старик Делишер частенько присаживался за него и делал в блокноте быстрые записи.

- Он иногда занимался исследованиями, не так ли?

Хорманн едва не вздрогнул. Его взгляд медленно перешел на лицо Сейрона - оно выражало любопытство. Он пожал плечами.

- Действительно. Время от времени.

- Я слыхал, что он занимал крупный пост еще при Малере...

Хорманн поднял столик и перенес его в гостиную.

- Да, - ответил он. - Он не терял связи со столицей. Но политика его не очень интересовала... А столик хорош. На него и Генрих VIII с удовольствием поставил бы бокал вина.

- Как, впрочем, и сир Жан де Бомон де Серв! - расхохотался Сейрон, направляясь в сторону кухни.

- Дедуля, - крикнул вслед ему Хорманн. - А сколько раз в день вы обычно едите?

- Не называйте меня дедулей! Я всегда был холостяком... Обычно ем раз в день. В полдень. В саду приятно устраивать пикник.

Хорманн промолчал. Он подошел к окну. Небо побелело от жары. В тишине прогудел шмель и исчез в лопухах. Хорманн уставился на цоколь статуи. И вдруг ощутил нетерпение от желания приступить к делу.

Он заглянул в кухню.

- Пока вы готовите пир, я займусь лошадью.

- Не пользуйтесь насосом. Он давно не работает. Зачерпните воды из колодца. Насчет овса не знаю. Трактора его не едят...

Хорманн пересек прихожую, вышел на солнце. Ветер вздымал фонтанчики пыли. Лошадь давно перебралась в тень амбара.

Хорманн пересек двор, распахнул ворота. Внутри ржавел трактор. Покрытый толстым слоем пыли, он выглядел вполне целым.