Меня с председателем Суром поставили под елкой, как каких-нибудь китайских Санта Клаусов (я тоже был желтый после третьей бессонной ночи), и председатель, отбрасывая лысиной на потолок солнечные зайчики, представил меня от имени все той же "...многомиллионной армии тиффози, которые...".

И т. д. в том же д.

Я не мог вмешаться и остановить его, как это недавно сделал Президент. Суру понадобилось, наверное, полчаса, чтобы добраться до нескольких несложных фраз:

- Вот ваш новый командор, прошу любить и жаловать, желаю успеха в отборочном цикле чемпионата мира...

И это речь председателя Футбольной Федеративной Лиги?

О финале мирового чемпионата Сур даже не упомянул,- куда там! - если пройдем отборочные игры, это уже успех, о большем мы и пе мечтаем, где уж нашему теленку волка съесть.

Такая хилая целевая установка на очередной цикл чемпионата Вселенной да еще из уст футбольного председателя! - никуда пе годится. А где уверенность в себе? Я эти пораженческие настроения быстро поломаю,- если надо, то и через колено.

Этот новогодний утренник закончился тем, что у председателя начался приступ аллергического кашля - в холле стоял какой-то резкий раздражающий запах, и Сур чуть пе отдал душу своему китайскому Бoгу. Председателя увели осматривать "Маракканну", а я остался один на один с конюшней. Признаюсь, я прилично волновался и был не в своей тарелке,- а тут еще привкус "Цицерона" и этот запах в холле,- но виду не подавал.

- Ребята, вы меня хорош.о знаете,- грустно сказал я из-под елки, когда председателя увели кашлять на свежий воз.

- Знаем, знаем,- лениво ответили они из мягких кресел.

Интонация была понятна: "Знаем, знаем, что ты за фрукт".