— Мы проведем с вами эксперимент иного рода. Пойдем, так сказать, от обратного… Ведь причина вашей странной устойчивости к имплантации наружной оболочки сознания должна иметь некое научное объяснение, не так ли?

— Так, — согласился доброволец. — Я бы все объяснил исключительной вредностью и упрямством первоначального субстрата, то есть — меня…

— Этого мало, — профессор улыбнулся. — Гадать не будем. Для начала проведем комплексное обследование, а затем поместим вас в модель кризисной ситуации…

— Модель? — Андрей скривился. — Что-то я сомневаюсь. Судя по тому, как ловко вы устроили мне подписание контракта, я и глазом не успею моргнуть, как окажусь где-нибудь во вражеском тылу или на опасном для жизни задании по ликвидации аварии в ядерном реакторе…

— Гарантирую предельную честность, — серьезно заверил доктор. — Если вместо модели вас придется отправить на реальное дело, мы подпишем дополнительное соглашение.

— Это уже ближе к истине, — хитро прищурясь, сказал Андрей. — Ставлю сто против одного, что вы давно придумали, на какое дело меня отправить.

— Если пройдете тесты, — профессор кивнул.

— Вы же знаете, что пройду, — уверенно заявил пациент. — Иначе вы не раскрыли бы все карты.

— Я начинаю понимать, почему провалилась миссия господина «Субботина», — пробормотал Петров, внимательно разглядывая Андрея. — Хорошо, будем откровенничать дальше. Вы хотите стать космонавтом?

— Вот так поворот! — Андрей присвистнул. — Настоящим или виртуально?

— Настоящим…

— В целом — да.

— Вот мы и договорились, — профессор удовлетворенно потер ладони. — Начиная с послезавтра вы включаетесь в ускоренный курс тренировок космических экипажей. Это займет примерно неделю. А затем, числа седьмого или восьмого, вы в составе экипажа из наших добровольцев отправитесь в полет на корабле «Плутон-13» к одноименной планете. Как перспектива?