— Это исключено, — уверенно заявил доктор. — Тот же Субботин создан мощной машиной с гениальной программой, но все-таки он не может претендовать на роль истинной человеческой личности. Он всего лишь имитация, совершенная, почти неотличимая от естественной оболочки сознания, но, как говорится, «увы» и «ах»…

— Вот вам и почва для конфликта, — заметил Андрей.

— И снова неверно, — улыбнулся Петров. — Основной закон создания искусственного интеллекта действует и в нашем случае. Человек имеет преимущество в решении любых вопросов. Правда, наружная оболочка практически не ошибается, а потому ссориться с ней не из-за чего, но это уже второй вопрос.

— Неужели все настолько идеально? — с сомнением спросил Андрей.

— Практически, да, — заверил профессор. — Наш мозг в норме загружен работой на пять процентов и потому в нем без проблем могут уместиться даже не один и не два дополнительных личностных контура. Мы работаем над этим вопросом, но, пока наши добровольцы не «обкатают» текущую программу, приступать к более широким исследованиям было бы неправильно.

— И что же, ваших «янусов» до сих пор не вычислила ни одна специальная аппаратура?

— Нет, — Петров рассмеялся, — в основном потому, что ничего подобного никто, кроме нас, пока не придумал…

— Вы так легко раскрыли мне все тайны, что я начинаю опасаться за собственную безопасность, — Андрей покачал головой.

— Все в рамках контракта, — Петров развел руками. — Я не киношный злодей, который превращает людей в киборгов или ходячие компьютеры; все мои пациенты — добровольцы, зарабатывающие на этом большие деньги. К тому же, по окончании исследований, дополнительный контур удаляется из сознания подопытного в обязательном порядке, и он возвращается к нормальной жизни. Ваш случай отличается от прочих, но я все равно намерен выполнить условия договора.

— Несмотря на то что я не поддаюсь на это ваше программирование? — спросил Андрей.