Еще раз услышу сказание о великих битвах - зубами разорву любителя трепать языком! Ни хрена они не знают, сказочники... когда в башке трещит, руки отсыхают, глаза сами выхватывают мелкие детали и не видят всего в целом, и хорошо, что не видят, когда даже о том, как бы уцелеть, некогда думать, когда собственного стона не слышно из-за лязга клинков, когда неважно, сколько стрел сидит в боку, потому что главное сейчас - дотянуться топором, выхваченным из рук мертвого риттера, до его живого соратника... А потом - провал. Немного прихожу в себя, хватая ртом окровавленный снег. Кровь и моя, и чужая, но я еще жив! Пытаюсь встать, опираясь на топор. Голова гудит, в плече две стрелы. Выдираю. Левая рука не действует, но так хоть можно примотать ее к боку ремнем. Шатаясь, бреду к кострам на севере, свои там или чужие - уже все равно. - Стоять! Бросай оружие! Альмейнский выговор. Люди Магнуса. Тычок в живот - тупым концом копья; чтобы меня свалить, сейчас много не нужно... Вновь провал. Тепло!.. Связывать меня альмы не стали, куда я отсюда денусь... Подползаю к костру, немного отогреваюсь, собираю в кулак разбежавшиеся подальше от сражения мысли, осматриваюсь... Варг! Уцелел, Прыщ, лежит, ногу вывернул, повязку пытается сменить. Плохи дела, мне отсюда видно. Мечом по бедру пришлось: не разрубило, но бегать после этого он не сможет долго. Доковыляв до него, помогаю с перевязкой. Варг молча принимает помощь, так же молча перетягивает мне плечо - ему двумя руками сподручнее. - Идти можешь? - едва шевеля губами, спрашивает он. - Куда? - так же тихо говорю я. - Адальстейн, сын старика Горма, успел ускользнуть. Десятка три с ним есть. Найдешь их... в налет, по-быстрому. Альмов тут дюжины две, устали они не меньше нашего. Пытаюсь прикинуть, куда мог отступить горячий сын тана Хальдена - он не старше нас обоих.