- Вижу, Скарлатти считает, что у него вирус, подхваченный от его подопытного мышонка, - сказал я, указывая на страницу бюллетеня, которая была на экране. - Мне думается, это бред параноика.

Зено изменение темы беседы принял грациозно.

- Не думаю, что мышь слишком мучилась, - произнес он. - Когда я последний раз говорил со Скарлатти, она была в прекрасном состоянии. Тем не менее, это серьезная вещь. Перекрестно-системная инфекция не проходит легко, даже предположительно. Однако...

Он вежливо кашлянул, и я вспомнил, что он, должно быть, пришел по делу. Последнее, что он сказал, было упоминание о празднике. Он не опустился до обсуждения нуклеиновых кислот, общей или прогрессирующей индукции экспериментов.

- Чего стоишь? - спросил я.

- Шуман хочет тебя видеть.

- Почему же он не воспользовался видеофоном?

- Он воспользовался. Говорил со мной. Он хочет видеть нас обоих.

На мгновение я очень встревожился. Теперь же был просто обеспокоен. По крайней мере, если я что-то натворил, то Шуман еще не знает, что это исходит от меня. Я озабоченно сглотнул. Что же я мог сделать на Земле через час после наступления Нового Года, что привлекло так быстро внимание директора к моей скромной персоне? Но ведь тогда мы уже не были на Земле? Мы были на Суле, в месте, где человек, делающий что-то, что не в состоянии вспомнить на следующий день, может быть опасен для окружающих.

- О'кэй, - согласился я.

Выключил дисплей и встал. Зено был выше меня почти на голову. Не знаю, был ли он просто высоким индивидуумом среди своего народа или каликосцы - раса гигантов. Несколько каликосцев были на марсианской базе, еще какое-то количество на Земле, но у него было уникальное положение. Он был чужаком, помогавшим нам в изучении чужеродной биологии. Он был очень полезен, не только потому, что хорошо работал, но также и потому, что обладал целой традицией научных исследований, отличной от нашей собственной. Без сотрудничества с Зено мне не удалось бы добиться тех успехов, которых я добился. Мы были хорошей командой.