– И все-таки я беспокоюсь, - наконец произнес я, вгрызаясь в мясо зажаренного на вертеле цыпленка.

– Это простительно, только если у нас с тобой все серьезно, - ответила Пэм, заглянув мне в глаза.

– Серьезно. - Ну же, Том, сейчас или никогда! Можешь прыгать по времени сколько угодно, но вероятность, что такое повторится, близка к нулю. - Я согласен.

– Согласен?

– Эмигрировать. Я не хочу тебя потерять. Теперь мне можно беспокоиться?

Она широко улыбнулась.

– Ну почему мы не одни! А то бы я тебя расцеловала. Да, теперь беспокойся на здоровье. Хотя на самом деле все в порядке. На моей карте обозначены все британские патрули, я изучила действия всех ТИ, планирующих Вмешательства и Контр-вмешательства по поводу Лексингтона, так что никакой угрозы нет, а Энни подскажет, если, несмотря ни на что, кто-то подберется слишком близко… Эй! - воскликнула Пэм, заметив выражение моего лица. - Мне не нравится, когда меня опекают!

– Понял. - Я вздохнул и пожал плечами. - Я знаю, что ты умница. И что я не должен водить тебя за руку. Ладно. Так как мы устроим это дело с эмиграцией?

– Вот, - сказала она и замолчала.

- Происходит передача поручительных документов от Помощника Энни, - сообщила Джинни. - Они соответствуют идентификационным требованиям нашего настоящего.

Я уставился на Пэм.

– Ты что, заранее все подготовила?

– Я верила в тебя. К тому же мы вряд ли сможем встретиться здесь, когда я закончу работу. Тебе надо выбираться отсюда, пока цел.

– Минуту назад ты утверждала, что здесь безопасно, - заметил я.

– Да, но не для того, кто вооружен однозарядным транк-кристаллом, - возразила Пэм. Она улыбнулась мне как-то иначе, а потом состроила недовольную мину. - Энни говорит, что мне пора идти. Проводишь меня до конюшни?