Из угла раздалось какое-то шуршание, а затем зажегся подслеповатый свет ночника и поплыл по стенам комнатушки.

— Смотри внимательно. Вот сюда, на этот материк. Что он тебе напоминает? — Димкин голос звучал абсолютно вменяемо — уверенно, чётко и ясно.

— Не пойму, — Артём скептически наблюдал за проступавшими на стене контурами. Ну откуда этот безумец, самолично порвавший свою карту, может знать, что было запланировано в чужом вояже?

— Вспоминай, вспоминай, — настаивал Димкин голос.

— Ну, — вздохнул Артём, сдаваясь, и присмотрелся, — Кажется, немного напоминает порт прибытия моей третьей карты, — неуверенно сообщил он.

— Как он назывался?

— Инженер-эколог.

— Теперь посмотри на два острова сразу следом за ним.

— Ну.

— Неужели ничего не видишь?

Артём пригляделся — и вдруг в проступающих на стенах линиях ему почудились знакомые очертания, которые, кажется, и впрямь были на потерянной им четвёртой карте.

— Вижу, — выдохнул он, не веря происходящему. — Вон тот, в форме подковы — это Продвижение по работе. А вытянутый, слева — он назывался… как же его… Проект внедрение ветровых турбин, точно!

— А теперь вон тот, в правом углу…

Голос Димки водил его по чуть расплывчатым очертаниям на стене, и в незнакомых линиях Артём находил земли, которые, как ему казалось, были нанесены на его потерянную четвертую карту… Или не были? Четвёртую карту Артём держал в руках совсем недолго, он не успел её запомнить.

Но с каждой проведенной в Димкиной комнате минутой его сомнения всё больше рассеивались. Он ясно видел перед собой земли Карьерного роста, материк Общественной деятельности, остров Первой карты ребёнка… Все они точно были на потерянной карте. Не могли не быть!

Надо же, как испугала его тогда своей сложностью четвёртая карта! А сейчас он так рад её видеть, что она уже не кажется ему неодолимой; наоборот — всё так просто!