— Мы вполне порядочные люди, мосье Монье, честно выполняем свои обязательства и никогда не получаем с наших клиентов деньги за те услуги, которые им не оказываем. Завтра утром кассир даст вам счет — по двадцать долларов за каждый день пребывания в отеле. Все остальное…

— Вы очень любезны, герр Боэрстехер! Я всю жизнь буду вам благодарен. Ведь я обрел новое счастье, новую жизнь!..

— Всегда к вашим услугам, мосье Монье!

Герр Боэрстехер внимательным взглядом проводил удалявшегося Жана Монье и нажал кнопку звонка.

— Пришлите ко мне Саркони!

Через несколько минут в кабинете появился итальянец.

— Вы меня звали, сэр? — спросил он учтиво.

— Да, Саркони. Сегодня в два часа ночи дашь газ в комнату 113.

— Сначала снотворный, потом?..

— Думаю, что снотворный не потребуется. Мосье заснет хорошо. Дашь сразу смертельный… На сегодня все. А завтра, как мы уже говорили, дашь газ этим двум маленьким из № 17.

Едва Саркони ушел, в кабинет постучала Клара.

— Войдите! А, это ты? Прекрасно. Я только что хотел тебя вызвать.

— Надеюсь, я заслуживаю похвалы? Работа сделана чисто?!

— Очень, очень быстро! Я учту это!

— Значит, сегодня ночью?.. Бедный малый, — сказала она. — Он очень романтичен…

— Все они романтичны!

— Ты жесток…

— Жесток?! Именно в этом я и вижу гуманность.

Генрих Боэрстехер заглянул в свою черную книгу.

— Завтра ты отдыхаешь. А послезавтра у тебя новое задание. Снова банкир. Но на этот раз швед. И не такой молодой.

— А мне чем-то все-таки понравился этот француз, — сказала Клара задумчиво.

— Работа есть работа! — строго сказал директор. — Получи десять долларов плюс десять премиальных.