Когда утром Жан Монье проснулся один, он почувствовал, что мужество окончательно покинуло его. Несмотря на то, что Фанни не отличалась нежностью, он ее очень любил.

Горничная-негритянка принесла ломтик дыни, пшеничную кашу и попросила денег.

— А где наша хозяйка, сэр? — спросила она.

— Путешествует, — ответил он.

Он дал ей 15 долларов на расходы и пересчитал все, что осталось. Осталось немногим меньше 600 долларов. На это протянешь недолго… А потом?.. Прыгнуть с двадцатого этажа?.. А если не сразу?.. Он представил себе ужасные муки и вздохнул. Потом с газетами под мышкой направился завтракать в ресторан. Он удивился тому, что с удовольствием съел там блинчики, политые малиновым сиропом…

«Танатос» палас-отель, Нью-Мексико?.. Танатос?.. По-гречески это значит «смерть». Что это за отель и кто мог написать из Нью-Мексико?.. Кроме этого письма, на столе лежало еще одно — от Гарри Купера. Его он прочитал первым. Патрон интересовался, почему Монье утром не появился в конторе. Кроме того, он спрашивал, что думает делать Жан Монье в связи с тем, что задолжал конторе 893 доллара. Что это — жестокость или наивность? О нет, наивность не значилась в списке пороков Гарри Купера… Жан вскрыл другое письмо. Под виньеткой, на которой были изображены три величественных кипариса, стояло:

Ниже шел текст:

«Дорогой мосье Монье!

То, что мы обращаемся к Вам именно сегодня, не случайно. Сведения, которыми мы располагаем, позволяют нам думать, что мы можем быть Вам полезны.

Вы, конечно, не могли не заметить, что в жизни даже самого отважного человека бывают такие стечения обстоятельств, когда борьба становится бессмысленной, невозможной и он приходит к мысли о том, что смерть является единственным выходом из положения.