Прайд достал из сейфа лэптоп и вставил в него кристалл, оставленный инспектором Олби.

Пропавших было четверо. К.Ф. Вольдман — профессор из нейрохирургической лаборатории; Джон Фридкин — математик из лаборатории моделирования биологических процессов; Клемм Роджерс — уборщик и Рой Адамс — сержант из охраны Зоны Карантина.

«Абсолютно разношерстная публика». — Прайд зевнул, «перелистал» личные дела всех четверых — ничего примечательного в послужных списках Исчезнувших не было. Порядок исчезновений тоже не внушал особого оптимизма.

Первым пропал профессор, вторым — уборщик, третьим — сержант и последним, совсем свеженьким — вчерашним, было исчезновение математика.

Интервалы исчезновений тоже были хаотичными: между первым и втором сутки, между вторым и третьим — месяц, а между третьим и четвертым — три дня.

Прайд подключил свой лэптоп к сети, чтобы получить общую статистическую справку из информационного банка по Институту Контроля и по зоне номер семнадцать, но не успел еще перекачать информацию, как почувствовал, что с компьютером твориться что-то неладное.

Перекачка информации оборвалась, компьютер пошел на перезагрузку, в его недрах возникло постороннее гудение. Звук нарастал. Прайд ощутил как стал вибрировать корпус взбесившегося лэптопа. Потом раздался громкий хлопок и компьютер перестал реагировать на любые манипуляции.

— Дьявол! — буркнул Прайд и угрюмо посмотрел на, ставшую мигом бесполезной, коробку, битком набитую электроникой. В электронике Прайд был слаб.

Зуммер видеофона не дал более емко охарактеризовать создавшуюся ситуацию.

Прайд раздраженно щелкнул по кнопке приема, но экран видеофона остался непроницаемо черным.

— Ну, что еще? — резко спросил Прайд, косясь на «умерший» лэптоп.

Видеофон безмолвствовал.

— Если советник Чени желает, чтобы я впадал в благоговейный экстаз только при одном упоминании его драгоценного имени, то я скорее застрелюсь…