Еву отцепили от врагини, и тело поплыло дальше. Тогда Игорь Николаевич неожиданно для всех кинулся наперехват. Вода была привычно холодной, а лицо — тем самым, которое он боялся увидеть.

Тайка Илюшина, самая красивая из однокурсниц, чуть было не стала его женой — и стала бы, если бы он за безделье не вылетел из института… Тайка, постаревшая, разумеется, и с печальным ртом, Тайка, которая в воспоминаниях жила, постоянно окруженная золотым ореолом, Тайка, девочка…

Он погладил ее по щеке, как будто это могло унять боль от пощечин, как будто она еще могла испытывать боль…

А вот он еще мог.

Он вылез из воды, и тут же к нему подбежала дама с диктофоном, — Простите, это и ваш враг? Совпадение?

Он помотал головой и полез по склону вверх, в беседку. Сразу оттуда сбежал вниз молодой парень — занять его место.

Удрав с берега, Игорь Николаевич кинулся узнавать подробности. Нашел дома старую телефонную книжку, позвонил одному, другому, третьему — ничего не выяснил. Бывшие однокурсники все куда-то подевались, а в Тайкином доме жили какие-то чужие люди. Ужас охватил Игоря Николаевича — он понял, что в его жизни начинается время похорон и теперь предстоит поочередно потерять всех, к кому его хоть что-то привязывало… включая самого себя…

Вечером, уже порядочно выпив, он оказался в парке у пруда. Он знал, что застанет там старичка с чайником. И хотел перенять у старичка хоть немного его оптимизма и узнать кое-что для себя важное:

Старичок кивнул ему, Игорь Николаевич сел рядом.

— Вон оттуда должен приплыть, — сказал старичок, показывая на мост.

— Вам еще не надоело? — спьяну вообразив себя великим провокатором, спросил Игорь Николаевич.

— Как это может надоесть? — удивился старичок.

— А когда проплывет, вы выпьете за упокой души?

— За что?..

Вот это и был ответ на беспокоивший Игоря Николаевича вопрос, и ответ этот ему не понравился. Осталось лишь достать из сумки початую бутылку.