— Зенобия ничего не выиграет, — возразила Полли.

Бореалис шумно отхлебнул из своей чашки.

— Да, но всеобщее благо перевешивает, верно, друзья мои?

— Она ведь просто шар, бог ты мой, — возмутился Логос.

— Она — наш шар, — заметил я.

— Наш ребенок, — добавила Полли.

— Моя сестра, — сказал Аса.

Логос принялся поглаживать бородку.

— Послушайте, мне бы очень не хотелось изображать «крутого» с такими милыми людьми, как вы, но у вас действительно нет выбора. Мы получили результаты тестов, и дело в том, что в вашей биосфере обнаружен нераспознанный обезьяний Т-лимфотропный ретровирус. Как глава общественного совета по здравоохранению нашего округа я наделен полномочиями немедленно удалить это создание с подведомственной мне территории и поместить его в карантин.

— Дело в том, — фыркнул я, подражая Логосу. — Дело в том — дело в том, что от нашей малышки не смогла бы схватить насморк даже моя двоюродная бабушка Дженнифер. — Я стрельнул глазами в Бореалиса. — Я прав?

— Ну… — замялся доктор.

Логос хрюкнул, как одна из свиней, которых мы выращивали еще до того, как цены на свинину упали.

— Думаю, вам лучше уйти, господа, — холодно кивнула на дверь моя жена.

— У нас целая псарня собак, — сообщил Аса тоном, одновременно веселым и угрожающим. — Злющих-презлющих, — добавил он, резко мотнув головой.

— Я вернусь, — сказал председатель, поднимаясь. — Завтра. И не один.

— Ублюдок! — крикнула ему вслед Полли.

Впервые я услышал от нее это слово.

* * *

Так что мы сделали то, что должны были сделать; подобно Амраму и Иохаведе, сделали то, что было необходимо. Машину вела Полли. Я предавался тягостным раздумьям. Всю дорогу по шоссе 322 Зенобия, надежно пристегнутая ремнем, неподвижно сидела на заднем сиденье, постанывала и похныкивала. Время от времени Аса наклонялся и нежно проводил щеткой для волос по джунглям ее южного полушария.