Геройского запала хватило ненадолго. Когда из круглого прохода в Кализацию показалась пара бледных рук и длинноволосая женская головка, а за ней и всё тело второй моделли, лесничий, не медля ни секунды, припустил вслед за Зверобоем.

Он бежал со всех ног, намеренно не оглядываясь. И уже завернул за угол, увидел перед собой ярко-оранжевую в закатных лучах солнца площадь и спины бегущих к Зоркому богу людей, когда откуда-то издалека послышался тяжелый металлический грохот. Василёк оглянулся — и страх пронзил всё тело. На противоположной стороне площади из дороги с грохотом вылетела круглая металлическая плита, закрывавшая один из многочисленных входов в Кализацию. Ещё одна моделля ловко выбралась наружу и быстро, безмолвно устремилась вслед за бегущими к Зоркому богу. Теперь за беглецами охотилось трое.

Страх, парализовавший всё тело, уже через мгновение подтолкнул Василька — тот понёсся вслед за Зверобоем как на крыльях. Он не думал о том, знает ли ходок, куда их ведёт, нагоняют ли его, отставшего, бегущие позади моделли и спасёт ли их Зоркий бог от нечисти. Догнать Зверобоя — это казалось ему сейчас самым главным.

Когда Василёк взбежал по высокой лестнице, у ног Зоркого бога, спокойно смотрящего мимо стягивающейся внизу нечисти в ему одному видимую даль, парня поджидал только тяжело дышавший Тимьян. Остальные уже спускались по ступеням с другой стороны и бежали прямо к острому каменному краю, которым холм резко обрывался. Дальше не было ничего, кроме крутого откоса, поросшего ершистой травой, и только далеко внизу снова начинались Улицы.

— Он куда нас завёл? — с яростью завопил Василёк, не увидев ни укрытия, ни пути спасения.

— Идём, идём, — торопил его ведун, с трудом переводя дух.

У самого края холма прямо на каменном полу обнаружилась ржавая металлическая плита, которую, когда Василёк, наконец, нагнал остальных, тщетно силились открыть Зверобой и Дягиль. Тимьян немедленно присоединился к ним; Василёк, нервно оглянувшись, спросил только: