— А ты действительно ни разу не летал на нашу планету? — заинтригованно спросила она.

— Не доводилось как-то. Что поделаешь, традиции семьи! — ответил парень с грустью. — Извини, придется остаться. Хотя и жаль, конечно.

Но так просто расставаться не хотелось. И Аленка предложила самое простое решение.

— Ну так и не двадцатый же век на дворе. Никуда лететь не надо! Запомни, я в Ноябрьске живу. Крупнейший мегаполис Заполярья. Будет желание, закинь эмогочи. Как это сделать, машина покажет. Поболтаем…

— Крупнейший? А как же я тебя там найду?

— Ну, точно отстал от жизни! — рассмеялась Аленка. — Как восстановишься на месте, лицо мое представь. По образу машина найдет меня практически мгновенно. Или сам с помощью инфанта поищи в Сети.

Она махнула на прощанье рукой и нырнула под поверхность полупрозрачной капли станции.

Дома, объединившись разумом с оригиналом, как раз вернувшимся с дискотеки, Аленка под шелест Водопадов еще долго размышляла о странной тяге людей к звездным дорогам. О том, что это чувство порою не доводит до добра. Оно и ладно, сами виноваты. Но почему должны страдать другие? Например, Григорий?

А он ее нашел уже на следующую ночь. Все там же, на дискотеке. Конечно, подобная поспешность не слишком вязалась с романтическим образом космического затворника, который Аленка нарисовала в своем воображении. Да вот и танцевал Григорий как-то уж слишком хорошо. Спору нет, любой сенсорный курс научит отплясывать не хуже, но до необходимости подобного уменья еще нужно додуматься. Откуда человеку с далекой станции такое могло прийти в голову? А сотни анекдотов и баек об опасностях открытого космоса, которые Григорий готов был рассказывать часами, позволили ему мгновенно завоевать авторитет среди Аленкиных друзей. Опять же, странно, самые продвинутые мастера художественного трепа явно пасовали перед ним. В общем, сомнения могли возникнуть. Но не возникли.