Подобные духи были крайне сильны первые секунды боя. Они превращали своих врагов в фарш, за столь короткое время, что и глазом можно было не успеть моргнуть. Спасения от них фактически не было, если ты вдруг не зарядил пистолеты с утра солью.

 Чарли от смерти спасло одно - судя по всему, дух не мог отойти от ящика на большое расстояние. Он был совсем как сторожевой пес на цепи, охранявший дом. Смотреть на врага и гавкать - сколько угодно, а выбраться за очерченный твердой цепью круг и броситься в бой уже не мог. Если бы не это, то Чарли, увлеченный Котом, так бы и не понял, от чего умер. Разве что только ангелы на небесах потом объяснили. Да и то, Чарли серьезно сомневался, что попадет к ангелам. Натворить он успел много разного, и, чаще всего, идущего вразрез с церковной доктриной. После смерти, его скорее ожидала Преисподняя. А там бы никто ничего не потрудился объяснить. Черти твари занятые, у них работы много, им языком болтать некогда.

 Фляга со святой водой была там, где ее оставил Чарли - валялась на земле, в десяти метрах от мужчины, возле ног лошади. Шансов до нее добежать, если дух все же решится напасть, практически не было. Несмотря на то, что Чарли поддерживал себя в прекрасной физической форме, спринтером он не был никогда. Подобный навык на военной службе был бесполезен. Там, наоборот, особо резвым, могли ноги поломать, чтобы не сбежал, во время боя. А святая вода сейчас бы очень не помешала. Духа бы она не убила, но остановила бы точно, предоставив некоторое количество времени, чтобы убраться подальше. К счастью, вода так и не понадобилась. Смерч крутился все медленнее, пока, тонкой струйкой тумана, не стек обратно, на дно вырытой ямы. Смотреть, исчез он полностью, или прикрывает видимую часть ящика, словно заботливая мама новорожденного, Чарли не собирался. На этом схроне уже было столько смертельно опасных ловушек, что вполне вероятно, парочка пока еще неизвестных, осталась. А умирать сегодня Чарли не собирался. Так же как не собирался этого делать в ближайшие лет тридцать. Жить, пускай и не так богато, как можно было бы, завладей они содержимым схрона, но ведь деньги и иными путями можно заработать. А жизнь она одна, единственная и неповторимая.