Меня одолевали некоторые сомнения. Я вовсе не хотел зла Высоцкому. Но на кону стояла судьба огромного города. Поэтому я сплюнул на ладонь вкусом синей крысы и легонько коснулся его локтя. Высоцкий ничего не заметил.

 Путь назад казался более долгим, чем вперед. О том, почему так бывает, я никогда не задумывался. Бывает и бывает. Начнешь над этим думать — никогда и не закончишь.

 Голова кружилась сильнее обычного, да еще и давило на уши.

 Наконец, показалась дверь. И мы перешли на нашу сторону. Высоцкий (даже голос был один в один) никак не мог поверить, что все чисто, без кидалова. Лишь когда увидел местных мусоров, стал что-то понимать.

 А на меня вдруг налетела крашеная блондинка в салатовой куртке.

 - Привет! Товар с тобой? — спросила она.

 Я видел ее первый раз в жизни. Но кивнул, не в силах поверить своей удаче. Вот она — еще одна жертва. Я быстро смочил ладонь вкусом салатовой крысы и хлопнул ее по плечу.

 Уж везет, так везет. Осталось найти всего двух жертв. Но всякое везение когда-нибудь заканчивается. Наставник говорил, что, если везет слишком часто — это тревожный знак.

 Я обернулся, посмотрел на мусоров. И похолодел.

 Это были не люди. Благодаря Луке я умею различать прислужников Друга. У этих мусоров я отчетливо видел за спинами прозрачные крылья.

 Что ж, следовало ожидать, что Друг тоже включится в игру.

 Прислужники Друга — очень надменные создания. Они, должно быть, ожидали, что я застыну в священном ужасе. Но вместо того, чтобы вострепетать, я скользнул в дверь.

 Закружилась голова. К горлу подступила тошнота.

 Никогда не блюйте между мирами. Особенно, если обедали вы сырыми крысами. Ничего хорошего, можете поверить.

Таганская – Павелецкая

 Я проблевался, и мне полегчало.