Какое-то время я еще продержусь в переходе. Можно, конечно, сквозануть на тот свет. Но ничего хорошего из этой идеи не выйдет. Во-первых, выпроводят обратно (а там это дело поставлено хорошо). Во-вторых, потеряю время. А ведь две крысы еще не задействованы. Я могу забыть их вкус. Вот, в чем дело… Я уже начинаю его забывать.

 Мне везло. Прислужники Друга оказались неимоверно глупы и самонадеянны.

 Пока я сплевывал вязкую слюну и пытался продумать план дальнейших действий, металлическая дверца открылась. В проеме показался один из Прислужников Друга. В серой милицейской форме. Здесь, между мирами, крылья за его спиной были видны отчетливо.

 Я быстро достал из нагрудного кармана куртки нож. Но не тот тесак-свинокол, которым я сегодня утром вскрыл прорицательницу. Нет. Этот нож маленький, кнопочный. Почти игрушечный. Я прикрыл его ладонью и осторожно нажал кнопку.

 И все равно щелчок получился слишком громким.

 - Кто здесь? – гаркнул Прислужник, глядя прямо на меня, вжавшегося в стену.

 Он меня не видел. Но все равно – мне стало очень не по себе.

 Прислужник оказался глупее, чем я думал. Держась руками за стены, он направился вглубь коридора. Меча у него не было. С его стороны это было настоящим неуважением к врагу. Зря. Врагов уважать надо всегда.

 Убить Прислужника сложно. Но возможно. Быстро бьешь ему в сердце. Разламываешь ребра, вырываешь бьющийся комок мяса. Отбрасываешь как можно дальше. Потом отделяешь голову. Потом – крылья. Последовательность именно такова.

 Кровь Прислужников бесцветна и пахнет цветами. Это обстоятельство тоже мне на руку. Если бы я убивал обыкновенного человека, я бы извозился. От меня бы воняло.

 …Первый мой удар оказался точен. Прислужник охнул, шагнул назад. Но я уже обрушился на него с ножом. С сердцем я управился быстро.

 Труднее всего было отделить голову. Позвоночник никак не ломался, а я все ковырял и ковырял его ножом, задыхаясь от цветочных миазмов.