– Ба, какие люди!

Обернулся, гляжу – Егор Михайлович, собственной персоной! Высокий, полный, кожа на щеках аж лоснится, костюм от Cherruti, парфюм Paco Robanno, и при этом – наивный взгляд, неуклюжая походка, всегда потноватые на висках и лбу, волосы. Я-то его знал, да и кто не знал – каждый раз, когда его красавец Cadillac XTC выворачивал из подземного гаража, обливая невинных прохожих потоками весенней грязи, свидетели сего схождения на землю механического бога восторженно качали головой и вздыхали от неизбывной тоски.

Было интересно вот что – как он меня узнал, если мы оба обходились при встрече во дворе формальными «здрасьте-до-свидания»? Однако спрашивать его я не стал. Вместо этого у нас зашёл длиннющий диалог по поводу дисплей-обоев, в коих он действительно разбирался, и я ни к селу ни к городу брякнул – мол, заходите ко мне, у меня видеокомната до потолка отделана обоями, потрясающий эффект, бла-бла.

Он согласился, с видимым удовольствием – если я поднапрягусь, то я крайне обаятельный собеседник.

Только когда я ехал на своей «двадцатке» домой, я вспомнил, что никаких дисплей-обоев у меня и в помине нет.

Пришёл он ко мне на следующий день.

Я его ждал.

Открыл дверь и с порога ткнул ему в грудь шокером.

Думал, сердце не выдержит.

Ан нет, выдержало.

Крепкий мужик попался, на редкость. А так ведь и не скажешь.

Труднее всего оказалось с транспортировкой.

После обысков, и тщательного выковыривания жучков и камер в собственной квартире оставлять его у себя было небезопасно.

Поэтому, связав его изолентой и кое-как запихнув в ванную, я отправился в «Тысячу Мелочей», купил там чехол для шуб, затолкал жирного директора внутрь, и предварительно оглушив, оттащил его в машину. В багажник мой новый друг не поместился, поэтому пришлось везти на заднем сидении. Кстати, по пути он очнулся и начала мычать. Меня это раздражало, хотелось его убить. Но знал, что пока нельзя.