В тяжелом, затхлом воздухе чувствовались остатки острых запахов благовоний. Я заметил в комнате только один острый предмет — длинный серебряный нож, лежавший на ночном столике рядом с оловянной миской. Нож выглядел заржавленным, красного цвета…

Но он не был орудием убийства, это точно. Стал искать топор, но не нашел.

Я вышел в холл к Аните.

— Где еще можно поискать? — спросил я. — Есть еще комнаты?

— Может, в амбаре, — предложила Анита.

— Но мы еще не осмотрели гостиную, — возразил я.

— Не проси, чтобы я снова туда вошла, — умоляющим голосом сказала Анита. — Туда, где лежит он. Ты посмотри там, а я пойду в амбар.

Внизу мы расстались. Она вышла через боковую дверь, а я снова вошел в гостиную.

Посмотрел за стульями, под софой. И ничего не нашел. Было жарко и тихо. У меня закружилась голова.

Жара… тишина… и это оскалившееся тело на полу. Я отвернулся, оперся о каминную доску и уставился в зеркало своими покрасневшими глазами.

Внезапно я увидел — оно стояло за мной. Оно было похоже на облако, черное облако. Но оно не было облаком. Это было лицо. Лицо, закрытое черной маской стелющегося дыма, ухмыляющаяся маска, приближающаяся все ближе и ближе.

Она явилась в жаре и тишине, и я не мог шелохнуться. Я не сводил глаз с дрожащей в мареве, подернутой облаком маски, которая скрывала лицо.

Я услышал свистящий звук и обернулся.

За моей спиной стояла Анита.

Когда я схватил ее за руку, она закричала и упала в обморок. Я смотрел на нее сверху вниз и видел, как черное облако исчезает с ее лица и растворяется в воздухе.