Переходный возраст, одно слово.

В один из дней случилось невероятное. О чем наша бедная Яна и мечтать не могла.

Наткнулась она в собственном царском саду на… нашего Емелю. Тот лежал себе под яблоней. На спине, нога на ногу. Наблюдал, как царские яблоки с веток падают.

И опять невидимый Великий дирижер, (кстати, сидевший в этот раз на яблоне, на ветке, на самой верхотуре!), взмахнул палочкой, и… зазвучала тихая мелодия…

…Яна остановилась прямо перед Емелей. Уперла ручки в бока и принялась его сверлить осуждающим взглядом. А Емеля, ну, никак не среагировал. Скосил одним глазом, смерил ее с ног до головы и опять уставился на ветки яблонь.

— Вы чего это разлеглись? В чужом саду.… На чужой траве…

— Сама приглашала в гости. Или забыла?

— Если думаете, вы такой неотразимый, и вам все дозволено, то глубоко ошибаетесь! — презрительно, (по возможности!), сказала Яна.

Емеля ничего не ответил, только вздохнул. Тяжело с этими бабами. Вечно у них претензии. Вечно они чем-нибудь недовольны.

— Носитесь на своей печке, нарушаете правила дорожного движения! — между тем, возмущенно продолжала царевна Яна.

— И что? — спросил Емеля.

— Это характеризует вас не с лучшей стороны! — достойно ответила Яна.

— Какой русский не любит быстрой езды?

— Дисциплинированный!

— Зануда, короче.

— Я… зануда!? — вспыхнула, как шведская спичка Яна.

— И ты тоже. Папина дочка! Жизни не знаешь!

— Маменькин сынок!!! — вскричала оскорбленная до глубины души Яна.

Емеля приподнялся из лежачего положения, сел. Скрестил руки на груди.

— Была б ты парнем…

— Что в таком случае? — с вызовом спросила Яна.

— Получила бы в глаз!

— Вполне в вашем духе. Когда нет достойных аргументов…

— Слушай, это… — неожиданно удивился Емеля, — А чего это ты меня «на вы» называешь? Я тебя обидел, когда или что?