Он приказывал мне соединить несоединимое… Как это случается с альпинистами, он готов был использовать любой ледяной отрог и морозом скованный выступ, чтобы ухватиться и добраться до цели.

Тиран был согласен с театральным корифеем и реформатором в том, что режиссеру надлежит раствориться в актере. Но справедливо считал, что для этого необходим высококачественный растворитель. Таким и был мой партнер по заветному фильму. Красота не заслоняла его таланта, а талант не заслонял красоты. То и другое было из ряда вон выходящим. Тех, кто находился в «ряду», Тиран к своим фильмам не подпускал.

Ничего не скажешь, Ромео был красив и талантлив… Других «особых примет» я в нем не обнаружила. Как и того, что он, оказывается, следовал за мною, словно бы околдованный. Общепризнанные красавцы всегда оставляли меня равнодушной. Они ассоциировались с манекенами в дорогих магазинах и фотографиями в дешевых журналах.

— Не уверен, что дорога в ад вымощена одними лишь «благими намерениями», — сказал нам обоим Тиран. — Думаю, та дорога выложена разнообразными проявлениями людских грехов и страстей. Но сегодня… на этом этапе нашего восхождения я не согласен и с тем мудрецом, по мнению коего о людях надо судить не по результатам, а по намерениям, ибо результаты-де не всегда от них зависят. — «Этап восхождения…» Альпинистская терминология не покидала его. — Мне необходим исключительно результат. И он зависит от вас двоих. Отсутствие результата будет означать отсутствие вас в моей жизни.

Последнее относилось ко мне. Выхода у меня не было. Трудно поверить, но он и таким мне нравился…

Тиран ввинтил недокуренную сигарету в пепельницу с особым нажимом, будто потрясшее его убеждение.

— Позволю себе обратиться к хрестоматийному факту… Хрестоматийность, с одной стороны, раздражает, оттого что обозначает привычность, накатанность, но с другой… Как и классические примеры, годящиеся на многие случаи жизни. Помнишь, когда в бальзаковской повести умер отец Горио, и у самого Бальзака не обнаружили пульса. Он не описал судьбу Горио, а сделал ее и своею собственной. И потому вместе с ним лишился всякой судьбы. Пусть на время или мгновение… Общие системы — нервная, кровеносная, кроветворная — образовались у творца и его сотворения. Ты тоже не изобразила наваждение, а обрела его. Значит, испытала в реальности то… о чем я просил? Сумела, да?