У него улыбка несколько поугасла:

— Что-нибудь случилось?

Я улыбнулась и обняла его.

— Просто задумалась, достаточно ли я уделяю тебе внимания.

Он обнял меня в ответ, но будто не от всей души, чуть отодвинул от себя, чтобы заглянуть в лицо.

— А почему ты об этом задумалась?

Наконец я себе позволила посмотреть ему в глаза. Сегодня он меня так отвлекает, что я избегала его взгляда, будто он — вампир, а я — туристка какая-нибудь. Глаза у него — истинный и настоящий цвет сирени. Но дело даже не в цвете: они огромные, красивые и придают его лицу ту законченность, от которой сердце замирает. Слишком красивый. Просто он слишком красивый.

Он коснулся моего лица:

— Анита, в чем дело?

Я покачала головой:

— Не знаю.

Я и в самом деле не знала. Меня тянуло к Натэниелу, но избыточно как-то. Я отвернулась, чтобы не смотреть ему прямо в лицо. Да что за фигня сегодня со мной творится?

Он попытался притянуть меня в поцелуе, и я отодвинулась. От поцелуя я сейчас просто расклеюсь.

Он опустил руки, и в его голосе появились первые нотки злости. Чтобы Натэниел разозлился — это многое нужно.

— Это всего лишь кино, Анита. Я даже секса не просил, только в кино сходить.

Я подняла к нему взгляд:

— Я бы предпочла домой — и секс.

— Отчего я и просил кино.

— Что? — наморщила я лоб, не понимая.

— Тебя смущает, что тебя видят со мной?

— Нет. — Я позволила себе выразить неприятное недоумение по поводу того, что он задал подобный вопрос.

А лицо у него было серьезное, уязвленное — вот-вот он рассердится.

— Так в чем же дело? Ты меня даже не поцеловала.

Я попыталась объяснить:

— Я на минуту забыла обо всем, кроме тебя.

Он улыбнулся, но до глаз улыбка не дошла.