— Мы — это кто?

— Это я и еще некоторые другие телохранители.

— Хорошо, так какой вывод?

— У тебя был выбор насчет Натэниела и Дамиана? — спросил он.

— Ты спрашиваешь, могла ли я выбрать другого леопарда или другого вампира?

— Да.

— Нет.

— Почему нет?

— Во-первых, ни у кого из нас и мысли не было, что такое может быть. Как ты сам сказал, человек-слуга не получает такой силы. Во-вторых, у меня над этой метафизикой нет такого контроля, как у Жан-Клода. Обычно вампиры, приобретающие слугу-человека или призываемого зверя, должны сначала набрать десятилетия или даже века стажа. А меня просто бросили на глубину без спасательного круга. И я схватила того, кого эта сила ко мне бросила. — Я погладила Натэниела по ноге. — Меня устраивает мой выбор, но когда это случилось, я не знала, что делаю выбор.

— Нас всех это застало врасплох, — сказал Натэниел, обнимая меня за плечи.

— Но сейчас ты уже знаешь, что происходит, — сказал Лизандро, — и как-то это контролируешь.

— Как-то — да, но насчет того, что происходит… давай более конкретно.

— Ты каким-то образом стала носителем трех или четырех видов ликантропии, но не перекинулась ни разу ни в одного из зверей.

— Да, и что?

— Но к тебе стало тянуть зверей разных типов — как ты привлекала раньше к себе волков и леопардов. Я вот что хочу сказать: если ты будешь брать себе нового зверя, нельзя ли выбрать сильного, а не слабака? Такого, который поможет тебе стать сильнее, а не будет создавать трудности?

Натэниел рядом со мной пошевелился.

— Натэниел трудностей не создает, — ответила я, но в глубине сознания мелькнула мысль о только что происшедшей ссоре. Трудности все-таки есть, но не того вида, о которых говорит Лизандро.

— Но и помощи от него нет — такой, какую получает Жан-Клод от Ричарда.