— Что ж, хотелось бы помочь, однако...

— Слушайте, я не сумасшедший. Сам сомневался, наверняка таращился на экран точно так же, как вы сейчас на меня. Ждал, что голос вернется, так и не дождался. Поэтому сделал, как она велела, поискал в Интернете. Никогда раньше про вас не слыхал, начал искать, сразу выскочил адрес. Тогда понял: голос мне не послышался.

— Ну, возможно... — начал было Джек, но Лью с запрыгавшим, как поршень, адамовым яблоком вдруг потянулся к нему через стол, умоляюще сложив руки:

— Пожалуйста... Она говорит, вы один можете это сделать. Не отказывайтесь. Если угодно, считайте меня ненормальным, но сжальтесь. С Мелани что-то случилось, я заплачу, сколько спросите, только верните ее.

Он замолчал с полными слез глазами.

Джек не знал, что сказать. Малый с виду нормальный, не похож на подосланного артиста, кажется, искренне переживает. Если жена действительно пропала... по собственной или против собственной воли... дело можно, пожалуй, уладить.

Кроме того, интересный вопрос. Если она правда с ним говорила, хотя байку про телевизор ни за какие деньги не купишь, то почему потребовала Наладчика Джека, и никого другого?

Не разберешься — вопрос наверняка долго будет за пятки кусать.

— Хорошо. Может быть, я потом пожалею об этом, но посмотрю, что для вас можно сделать...

— Ох, спасибо! Спасибо!

— Сначала послушайте. Уделю вам максимум неделю. Вперед пять тысяч наличными без обсуждения и без возврата. Если я ее найду, еще пять тысяч наличными на месте.

Была надежда, что сумма его отпугнет, но Лью и глазом не моргнул.

— Идет, — согласился он, ни секунды не медля. — Отлично. Договорились. Когда платить?

Видно, бизнес с картонными цилиндрами приносит хорошие деньги.

— Сегодня. Еще хотелось бы заглянуть в бумаги, которые Мелани оставила дома. Где вы живете?

— На краю Айленда. В Шорэме.