Кристина нахмурилась.

– И что произошло потом? Вы во всем разуверились?

– Нет, не разуверился. Как я уже говорил, тот факт, что мои сомнения подтвердились, заставил меня почувствовать огромное облегчение. И в то же время я был еще больше заинтригован. Было ли все это обманом и притворством? Все, что мне когда-либо приходилось читать или слышать о паранормальных явлениях, – вранье? Я с головой ушел в изучение вопроса, и к тому времени, когда мне удалось прояснить кое-что, это стало делом моей жизни. И чем больше ошибок и несоответствий я обнаруживал, тем больше меня все это раздражало. – Они приближались к низкой каменной стене, кое-где осыпавшейся и разрушенной, которая тянулась от центра парка. – Несколько лет назад меня пригласили на работу в Институт парапсихологических исследований. Мне кажется, они предпочли иметь меня при себе и использовать, чем терпеть мои нападки.

Из всего сказанного Кристина сделала вдруг совершенно неожиданный вывод:

– Вы считаете, что мы совершаем огромную глупость, воображая, что этот дом населен призраками? Вас это тоже раздражает?

– Ни в коем случае. Просто я считаю, что вы ошибаетесь. И мне необходимо немного времени, чтобы это доказать.

Они вплотную подошли к низкой, примерно до уровня коленей, каменной стенке, и теперь Эш увидел, что она окружает большой живописный пруд, похожий на маленькое озеро со стоячей темно-бурого цвета водой, заросшей водорослями и увядшими лилиями. Зрелище буквально потрясло Эша, ибо, несмотря на то что парк в целом содержался отнюдь не в таком порядке, как следовало бы, запущенное состояние пруда было поистине удивительным.

Эш заглянул в пруд, и у него перехватило дыхание от исходящего из его глубин зловония.

Он обернулся к девушке и только теперь обратил внимание, что она незаметно отстала и остановилась в отдалении. Взгляд ее был обращен мимо Дэвида – она смотрела на пруд так, будто и сама была потрясена его видом и тем, что они зашли так далеко. С испуганным выражением лица она попятилась назад.