– Пункт конечного назначения: Галлия, — сладко пропел коммутатор. — Время прибытия пять ноль-ноль. Приятного путешествия!

– Кстати, ты мне сегодня два комплимента сделал, — отыгрался Эйдж за внешний вид.

– Тебе показалась. Я просто говорил так, как есть. Эльф отвернулся, смутившись. Странный человек, этот Нортон. Вроде не говорит чего-то необычного или неправильного, даже и со стороны его слова кажутся нормальными, но, когда он произносит их уверенным спокойным голосом, отчего-то мурашки бегают по телу и хочется деться от него куда подальше. Даже подтрунивая над ним, Нортон остается Нортоном. Внешне холодный и отчужденный, внутренне сложный и доверчивый. Иногда Эйджа (он, правда, всегда чертыхался) охватывали чуть ли не отеческие чувства к этому человеку (хотя по внешнему виду они были примерно одного возраста). Да, Эйдж уже перевалил за первые сто лет, но в душе-то он оставался молодым, Нортону же было за пятьдесят (благодаря развитию науки тот выглядел тоже на двадцать шесть, как и Эйдж).

– Ну, пошли, — улыбнулся Эйдж.

– Пойдем.

– Лишь вперед, чтобы победить! — прокричали они хором свой клич.

Галлия оказалась неприветливым миром. Города были грязными помойками, кишащими трущобами. В подворотнях темных переулков собирались нищие и калеки, воры и убийцы. Между узкими улочками гирляндами висело сохнущее белье. Из дымоходов вырывался пар. К чему оперативники оказались совершенно не готовыми, так это к липкой вони, верному спутнику каждого, вышедшего из дома. Улицы к храмам и дворцам напротив сверкали великолепием и неоправданной роскошью.

Впечатляли огромные площади, шириною с квартал бедного района. Жрицы каждый день совершали шествия по этим улицам. Военные маршировали после них, потрясая оружием, нагоняя страх на простых горожан.