— Черт!! — выругался Буагильбер и едва успел отскочить в сторону, как две черные стрелы чуть было не попали ему в голову. — Я бы взял этих разбойников в свой отряд, — буркнул рыцарь, — Они не уступают лучшим королевским стрелкам!
Варежкин так быстро полз вперед, что забыл оглядываться назад, на Буагильбера, и на каждый свист стрелы только ниже пригибал голову и на секунду замирал. У него в голове нервно пульсировала только одна мысль:
— Только бы гранатами не забросали!!
Стена кончилась и Варежкин вполз в угловую башню. И тут два здоровых мужика в доспехах подхватили Варежкина, легко приподняли, а третий так здорово хватил его по голове чем-то тяжелым, что все в глазах помутилось.
— Ташшы, ташшы его сюды! — здоровенный рыжий детина махнул рукой стрельцам, державшим Ежевику, — Сюды, сюды!
Молодой мужчина в малиновой одежде, отделанной по краям мехом куницы, наклонился к рыжему и вполголоса спросил:
— Григорий Лукьяныч, пошто отрока в Разбойный приказ тащишь? Али спытать дохляка решил?
— Что ты, Борис Федорович, господь с тобой! — ласково отвечал ему Григорий Лукьянович, — Что ты! Этот и двадцати плетей не выдюжит. Помрет. Просто государь его издали приметил — а у государя орлиный взор!
— Орлиный взор! — громко подтвердил Борис Федорович, так что это было слышно не только в Кремле, но и на Красной площади. Стрельцы, медленно прохаживавшиеся по крепостной стене, сразу же встрепенулись и рявкнули, что было сил:
— Орлиный взор! Орлиный взор!!
— Так государь издали заметил этого странноодетого отрока и велел вызнать — не соглядатай ли от папы римского?
— Государь как всегда мудр! — ответствовал Борис Федорович.
— Мудр! Мудр!! — эхом раздалось с кремлевских стен.
— Малюта! Малюта! Где ты, рыжий пес? А-а-а…— из-за угла появился царь в сопровождении опричников, одетых в длинные черные балахоны, — Где соглядатай римский? Это почему же он у тебя до сих пор с головой? Или ты своей башки хочешь лишиться?