Малюта в ответ только низко склонил голову, но не проронил ни слова. Опричники на всякий случай подтянули веревки, которыми и так крепко был связан Миша Ежевика.

— Государь! Дозволь слово молвить. — Борис Федорович отвесил низкий поклон царю.

— Ну, говори, Годунов, только покороче.

— Дозволь мне, государь, по важным делам отлучиться в Посольский приказ. Важные известия из Англии. А такоже пираты морские прибыли и хотят на царскую службу поступить. — царь махнул рукой.

— А-а, опять Бориска — процедил сквозь зубы Малюта Скуратов, — Чистеньким останется. А еще зятек! — и начал медленно вытаскивать из ножен саблю.

— Так нельзя! Суд должен быть! — Миша пытался вытащить хоть одну руку, чтобы сорвать листок, но веревки только глубже впивались в тело. — Отпустите меня! Я больше не буду двойки получать!!

Малюта вытащил саблю и наклонился к Ежевике:

— А хулу кто на бога и государя возводил? Забыл, отрок? — Малюта перекрестился и искоса глянул на царя, — Не прикажешь ли начинать, государь? — тот вяло махнул рукой, повернулся и пошел во дворец. И никто не заметил, как за спиной у Малюты неожиданно возникла Лена Мякина.

* * *

— Ох, я ему сейчас! — Сергей Иванович разбежался и что есть силы толкнул незнакомца в грудь. Тот явно не ожидал нападения и, нелепо взмахнув руками, упал в лужу. Пока он поднимался, Сергей Иванович быстро выскочил за дверь, увидел перед собой какой-то стол со множеством кнопочек и рычажков и, ни секунды не раздумывая, ударил по нему портфелем. Дверь со звоном захлопнулась. Сергей Иванович тяжело опустился на стул. Мысли в голове путались. Странные детские желания куда-то пропали и Сергею Ивановичу стало за себя немного стыдно.

— Странно, — подумал он, — Всего минуту назад я мог черкаться в тетрадках и бить лампочки. Вести себя совершенно по-детски! Хорошо еще, что не забрали в детскую комнату милиции!