Клянусь Лугом и Лиром! Я вспомнил. Бранвен из Тары. А потом Бранвен из Тинтагель. Ясно. Это она.

Изульт молча присматривалась к нам. Наконец, сложив вместе свои удивительные белые руки, она хрустнула пальцами.

— Вы прибыли от нее? — тихо спросила она. — Из Корнуэлла? Как вы здесь оказались? Я каждый день высматриваю корабль и знаю, что он еще не пристал к нашим берегам.

Бранвен молчала. Я, конечно же, тоже не знал, что ответить.

— Отвечайте, — сказала Изульт. — Когда приплывет сюда корабль, которого мы ждем? Кто будет на его борту? И каким будет цвет паруса, под которым прибудет корабль из Тинтагель? Белым или черным?

Бранвен не отвечала. Изульт с Белыми Руками кивнула головой в знак того, что поняла. Я позавидовал ей в этом.

— Тристан из Лайонесс, мой муж и господин, — продолжила она, — тяжело ранен. В сражении против графа Эстульта Оргеллиса и его наемников ему пробили копьем бедро. Рана воспалилась… и ее невозможно излечить…

Голос Изульт дрогнул, прекрасные руки затряслись.

— Уже много дней Тристана мучает горячка. Он часто бредит, впадает в беспамятство, никого не узнает. Я сижу рядом с его ложем, лечу его, усмиряю боль. Но, видимо, из-за моей неспособности и неловкости Тристан послал моего брата в Тинтагель. Видимо, мой муж считает, что в Корнуэлле легче найти хороших врачей.

И Бранвен, и я молчали.

— Но до сих пор от моего брата нет известий, до сих пор ничего не ведомо о его корабле, — продолжала Изульт Белорукая. — И вдруг, вместо той, кого ожидает Тристан, появляешься ты, Бранвен. Что привело тебя сюда? Тебя, служанку и доверенное лицо Златокудрой Королевы из Тинтагель? Или может быть, ты привезла волшебный эликсир?

Бранвен побледнела. Неожиданно мне стало ее жалко. По сравнению с Изульт, стройной, высокой, гибкой и величественной, таинственной и дьявольски красивой, Бранвен походила на обычную ирландскую крестьянку, пучеглазую, мягкую, кругленькую в бедрах, с волосами, все еще спутанными от дождя. Хотите — верьте, хотите — нет, но мне было ее жалко.