Снова задрожал нерв-сигнализация.

Испытание госпоже — неприятности и рабам.

Что же, Альтаир постарается. Ради собственного благополучия… ради собственной накачанной задницы, как сказал бы техник Камилл, давний знакомец Альтаира.

Вот к нему и можно обратиться. Он вроде у 'яйцеголовых' главный.

— Все, довольно, — Гвендолин присела на кровать, потом легла в рисовано-уставшей позе.

Альтаир вздернул тонкую бровь:

— Мне остаться и скрасить ваш досуг, госпожа?

— Нет. Действуй — чем быстрее мы найдем нужного и отправим его Королеве, тем лучше.

Альтаир поклонился, подобрал узкие виниловые брюки и полупрозрачную рубашку-сеточку — обычную для 'породистого самца' униформу. Оделся уже за дверью покоев госпожи, в прохладном и темном коридоре с округлым конусовидным потолком.

Там же и перевел дух.

В близости к госпоже свои плюсы и минусы, но плюсов, несомненно, больше. Мало кто в колонии может небрежно обронить фразу: 'Я никогда не спал с мужчиной', а потом наслаждаться восхищенно-завистливыми взглядами, похожими на стаи нетопырей, вспугнутых неоновой лампой. О мелочах вроде персонального дома — пусть и пристройки, но своего и даже с парочкой личных слуг можно не упоминать.

Что ж, за такое стоит постараться не только в постели.

Пошевелить виниловой задницей, так?

Альтаир проходил мимо ростового зеркала, отразившего в том числе указанную часть тела. Ухмыльнулся.

Всего-то потормошить Камилла и прочих. Нетрудное задание, а он заработает лишних очков у хозяйки.

Альтаир еще раз ухмыльнулся собственному отражению и зашагал в подсобку Камилла.

*

Идти Доминику было решительно некуда. Проскользнуть тихонько в барак вряд ли удастся: прошло мало времени, поймают и опять все снова.