
Ублаз тем временем подробно объяснял цель своего приказа:
— Путь предстоит неблизкий. Далеко на востоке, там, где солнце встает из-за моря, лежит Страна Цветущих Мхов. Возьмешь «Морского Змея» с экипажем; старшим помощником там Ромска, толковый хорек, с тобой пусть отправится пара десятков твоих надзирателей. А теперь слушай внимательно, что ты должен будешь сделать…
ГЛАВА 3
Сагитар Пилозуб была крупнее большинства морских крыс; ловкая, сильная, жилистая, она благодаря своему уму и характеру заняла весьма высокое положение старшины стражи, состоявшей из крыс, вооруженных трезубцами. Старшина стражи уступала в важности, пожалуй, только Ласку Фрилдору, генералу надзирателей. Отправив своих подчиненных патрулировать по знакомым маршрутам порт и окрестные таверны, старшина Сагитар стояла на краю пирса, провожая взглядом корабль. Это отправлялся в далекий путь к берегам Страны Цветущих Мхов «Морской Змей». Крепко сжимая древко трезубца, Сагитар позволила себе довольно улыбнуться:
теперь она одна занимала почетнейшее место правой лапы повелителя Ублаза, только она отвечала за порядок в порту и поведение пиратского сброда, бросившего якоря в гавани Сампетры.
Но судьба порой шутит злые шутки даже с удачливыми морскими крысами. Оглядев горизонт, Сагитар поняла, что о безмятежном почивании на лаврах ей мечтать не приходится: с запада к острову приближался корабль. Старшине стражи достаточно было одного взгляда, чтобы узнать «Флибустьер» — только это судно несло на своих мачтах три красных вымпела, бодро реявших на ветру.
Несколько ударов трезубцем о настил пирса — и на зов старшины примчался один из стражников.
— Эскадрон на этот причал! Немедленно! — скомандовала Сагитар.
Отдав честь взмахом трезубца, крыса-стражник бросилась выполнять приказание.
В порт Сампетры редко заплывали корабли, капитаны которых могли сравниться дурной славой с капитаном «Флибустьера». Сейчас, стоя на носу своего корабля, одетый в огненно-красный шелк, со сверкающей саблей наголо, горностай Барранка был просто воплощением дерзости и отваги. Одну лапу он небрежно заложил за черный кожаный пояс; концы ленточки, завязанной у него на голове, развевались по ветру.
