То ли ей до сих пор крупно не везло, то ли сама она была какая-то недоделанная, но восторга от плотской любви ей испытать пока не довелось. Не удалось ввести ее в состояние экстаза и Александру. Неопытная в постели, однако не последняя дура по жизни, Алька догадалась не сообщать об этом факте партнеру. Больше того, она всю ночь охотно подыгрывала Таракану, как нарекла его при первом же взгляде. И где только научилась — неизвестно, а может и сама, женскими инстинктами догадалась, однако страсть изображала более чем убедительно. Уж как сладко постанывала, уж как извивалась под худющим нескладным музыкантиком, как высокохудожественно выгибала спинку, выставляя знаменем скромную девичью грудку — в общем, заводила вполне профессионально. Александр и сам признался под утро, что никогда еще ему не удавалось продержаться в постели до утра в полной боевой готовности. Ах, каким гордым он выглядел от осознания своего мужского подвига!

Три дня и три ночи подарила Алька Таракану. Не бескорыстно, конечно. Правда, Таракану об этом знать было не положено, и Алька умело играла любовь. Вот тут-то ей и пригодился театральный опыт. И, видимо, актрисой она была действительно талантливой, потому что Сашкино восхищение ею росло на глазах, и он даже не пытался его скрывать. Еще бы ему было не влюбиться — с кем еще, кроме Альки, он чувствовал бы себя настоящим половым гигантом? Судя по всему, раньше за собой таких талантов он не наблюдал, да и, похоже, не слишком-то был избалован женским вниманием. А тут довольно хорошенькая девчонка, а в постели — так просто королева! Да еще и из него делает не короля даже, а самого что ни на есть императора!

Алька же вцепилась в Александра мертвой хваткой. Это был ее шанс, тот самый, который случается один раз в жизни, и упустить его — значит, не познать ей успеха до конца дней. Во-первых — москвич. Одно это обстоятельство превращало его из хилого невзрачного Таракана в суперсимпатягу и более чем завидного жениха.