Провал, черневший посреди безжизненной и бескрайней белой равнины, был подобен разинутому рту. Со всех сторон его окружали нагромождения смерзшихся камней, толстая ледяная корка и снег. Высокие сугробы, словно холодные губы, тщились дотянуться до неба и поцеловать проплывавшие мимо облака.

В бездонную дыру не задувал ветер, не падали снежинки и не стекала талая вода. Из зияющих недр поднимались струйки пара.

Провал-рот дышал. Или дышало то, что находилось в нем.

У края провала — на шапке плотного снежного наста — стояли двое. Старик и Юнец. Учитель и Ученик смотрели на теплое дыхание земли. Поднимавшееся снизу туманное марево касалось их лиц, серебрило инеем густую бороду Учителя и длинные — до плеч — волосы Ученика.

Чуть в стороне из снега торчали лыжи — широкие, обитые оленьим мехом и щедро смазанные жиром. Лыжня тянулась по заснеженной равнине до самого горизонта, и ленивая поземка уже начинала ее припорашивать.

Эти двое пришли издалека.

Старик говорил.

— Настало время показать тебе то, что когда-то было показано мне, — звучал его негромкий голос. — А мне было показано и сказано так…

Юнец молча внимал.

— Давно, очень давно, настолько давно, что об этом лучше не задумываться, лопнула кожа земли, и разверзлось ее чрево. В этом самом месте, — Старец кивнул себе под ноги, — земные недра попытались выпихнуть хранящееся внутри них, ибо были не в силах больше укрывать сокрытое. Так появился этот провал. Так древний тайник увидел небо.

Старик отвел взгляд от черной дыры в белом снегу и теперь внимательно смотрел на молодого спутника.

— Здесь кроется сила Древних и защита племени, давшего жизнь мне и тебе. Замри и прислушайся к своим ощущениям. Если ты уже достаточно опытен и если ты готов сделать следующий шаг, то обязательно почувствуешь…