— Эриль? — переспросил Огадай.

— Волхв, колдун, шаман… — пояснил Угрим. — Я отправился с Рурком, потому что нам было по пути. Потом, когда пришло время, я его покинул и дальше шел сам.

— Дальше — это куда? — не понял Феодорлих.

— К тулову Кощея. Черная Кость указывала мне дорогу. Она была во мне, в моей спине. Я научился слушать и слушаться ее. И она меня не обманула. Я добрался до ищерских земель, пропитанных магическими токами. Я отыскал тронную залу Кощея. Я возвысился над местными волхвами. И я стал князем. Полагаю, тратить время на подробный рассказ об этом не стоит.

Никто и не настаивал. Все понимали: сильному и искусному магу, пусть даже и явившемуся неизвестно откуда, не так уж и трудно захватить в нескончаемых усобицах власть над захудалым княжеством, затерянным в лесах и болотах. И еще проще власть эту удержать.

— Надеюсь, я объяснил все? — Угрим окинул пытливым взглядом императора и хана. — Надеюсь, больше вопросов нет и мы теперь можем выступать?

— Не так быстро, князь, — покачал головой император. — Не так быстро. Последняя стычка едва не стоила всем нам жизни. Колдовская Тропа, по которой мы в прошлый раз пошли за тобой, нас чуть не сожрала.

Хан кивнул, молча соглашаясь с Феодорлихом и не сводя с Угрима прищуренных глаз.

Князь вздохнул:

— Когда идет война, смерть всегда гуляет рядом. И чем дольше будет наше промедление, тем дольше продлится война.

И хан, и император выжидающе смотрели на князя.

— Подумайте о том, что остались последний враг и последняя битва, — продолжил Угрим. — Две Черные Кости — это все, что нам нужно добыть. Две из шести, которые еще не принадлежат нам.

«„Нам“ или „мне“?» — усмехнулся про себя Тимофей. Что-то подсказывало ему: князь имел в виду именно «мне».

— И которые не понятно где искать, — хмуро заметил Феодорлих.