– Тихиан! – воскликнула Ниива. – Что он здесь делает?

– И как он сюда попал? – поинтересовался Рикус. – Я думал, он не владеет колдовством.

– Не владеет, – подтвердила Садира. Она подняла руку и произнесла короткое заклинание. – Это не похоже на обычное колдовство, – объявила она мгновение спустя.

– Это и не Путь, – сказал Рикус, потирая виски. – Я чувствую присутствие мыслей Тихиана, но они усилены так, как ему никогда и не снилось.

Агис и Садира переглянулись. Рикус и Ниива с тревогой ожидали их решения. Наконец, собравшись с духом, Агис высказал ужасающее предположение.

– Это может быть драконьими чарами.

– Драконьими чарами? – переспросила Джасила. – Это еще что такое? Слова звучали невнятно, ведь в ходе уличного боя, незадолго до свержения Калака, стражник-великаныш ударил ее дубиной по голове. Теперь один глаз женщины опустился почти на щеку, некогда прекрасный нос стал похож на извилистый змеиный след, а полные губы кривились в вечной усмешке.

– Драконьи чары, – объяснила Садира, – это колдовство и путь, соединенные вместе.

– И Тихиан такое умеет? – схватилась за голову Ниива.

– Солдаты Тира, – загремел Тихиан, положив конец их разговору. – Я следил за вами. – Его слова раскатывались, словно удары грома. – Вы хорошо выполнили мой план!

– Его план… – фыркнул Рикус.

Но его никто не слышал за радостными криками легионеров.

– Вы нанесли удар врагу во славу Тира, – между тем продолжал Тихиан.

– Когда вы вернетесь, вас всех ждет заслуженная награда.