— Тебя как зовут? — спросил он у лакея, тощего детины, подстриженного чуть ли не налысо и одетого в ливрею — яркую красно-оранжевую куртку.

— Нисттеа, — глухим баском произнес тот. Его глаза смешно выпучились, когда он, разом заволновавшись, пытался смотреть в лицо собеседнику, не упуская из виду и монету.

— Это тебе, Нисттеа, — Виктор царственным жестом вложил деньги прямо в протянутую руку. — Где найти дворецкого?

— Я сейчас кликну его, господин! — лакей мгновенно преисполнился рвения.

— Подожди, не торопись, — Антипов остановил его, а потом, после небольшой паузы, добавил. — Меня зовут Ролт ан-Орреант. Запомнил?

— Да, ваша милость, — кивнул Нисстеа, выжидательно глядя на доброго гостя графини.

— Скажи-ка, братец, а как к тебе относятся приезжие дворяне?

От такого странного вопроса лакей еще больше вытаращил глаза и захлопал белесыми ресницами.

— Хорошо, ваша милость. Не бьют.

— Ну, а говорят с тобой? Дают деньги за хорошо выполненную работу?

— Как когда, ваша милость. Редко.

— А у тебя бывает свободное время, Нисттеа? — Виктор тщательно выговаривал странное имя, чтобы оно отложилось в памяти. — У меня только один слуга, но может понадобиться еще кое-кто для… различных поручений. Я хорошо заплачу. Найдется для меня время?

— Конечно, ваша милость! — лакей быстро оглянулся, чтобы убедиться, что разговор никто не подслушивает, и это подсказало Виктору, что его слова упали на благодатную почву.

— Вот и хорошо. Расскажи еще, где найти распорядителя турнира и ступай. А потом заглядывай ко мне несколько раз в день, чтобы не упустить счастливого случая стать богаче.

За время прохождения расстояния между внешними и внутренними воротами Антипов успел не только впасть в отчаяние, но и наметить некоторые шаги по перелому ситуации в свою пользу.