— «Согласен», — отозвался Бахут.

— «Хорошо, тогда я остановлю эту зверушку, а вы вдвоем поддержите с боков, а затем не дадите ей обойти нас», — начал командовать Лан. — «А Равлис и Харус поддержат нас, если мы не сможем полностью блокировать таранный удар».

Мы рванули вперед, наперерез прихрамывающему монстру, спешащему на выручку своему вожаку, дела которого были не очень — пока он на время ослеп, его окружили и долбили кто чем мог, не давая вырваться из кольца, а сверху еще и начала поливали заклинаниями. Подлетев поближе, Лан приземлился метров за тридцать, став острием нашего построения, за ним по разные стороны стали я и Бахут, и когда монстр с разбегу боднул рогами его щит, мы смягчили удар, поддержав его с двух сторон. Разница силы между вожаком и его сородичем оказалась огромная, и нас всего лишь немного покачнуло, заставив отойти на пару шагов, а стоящие сзади Равлис и Харус ткнули зверя копьями, вынудив отступить назад, чем я и воспользовался.

Резко рванувшись вперед, я забежал сбоку твари и со всей силы треснул по защитным пластинам острой стороной молота, предварительно увеличив до максимума его массу, что очень помогло, костяные пластины не уступали по твердости нашим доспехам и молот смог пробить их всего на пару пальцев, но вот от чудовищного веса оружия кость не выдержала и пошла трещинами. Монстр тоже не зевал и отбив удар повторившего мой маневр Бахута хвостом, сам треснул лапами Лана, только и успевшего выставить щит. Пропустив мой удар, зверь отодвинулся, коротко взревывая и опять отмахнулся хвостом, чиркнувшим по моему щиту костяным наконечником. Наш противник отсутствием разума отнюдь не страдал и потому, сообразив, что ему одному сразу с пятью противниками не совладать, отскочил назад и в сторону, чтобы я оказался между ним и остальной нашей командой, а затем напал, вцепляясь в край щита, который я выставил, лапами, не давая им шевельнуть, а зубастой пастью попробовал отхватить мне голову, что с его ростом нетрудно.