– Клянусь каменьями и звездами, – пробормотал я. – Но кой черт он проделывал все это?

– Предположу навскидку: псих он был, вот почему. Ну, и по злобе еще.

– Ты сказал "был" – заметил я. – В прошедшем времени?

– Именно, – подтвердил Боб. – После всего, что этот тип натворил, Белый Совет выследил его и взял за задницу. В шестьдесят первом году.

– Ты хочешь сказать, Стражи взяли?

– Я хочу сказать, весь Белый Совет. Мерлин, весь Совет Старейшин, спецподразделение из Архангельска, Стражи, а также все чародеи и их союзники, которых удалось мобилизовать ради такого случая.

Я даже зажмурился.

– Ради одного человека?

– Я сказал ведь: законченного кошмара, – напомнил Боб. – Кеммлер был некромантом, Гарри. Он обладал властью над мертвыми. Ну, конечно, дружился еще с демонами, имел закадычных приятелей во всех вампирских коллегиях, знался со всей нечистью Европы, да и кое с кем из самых вредных фэйре. Плюс имелась у него маленькая армия из маленьких кеммлерчиков. Учеников. И еще наемников всех сортов и мастей.

– Блин, – только и сказал я.

– Однако же в прошедшем времени, – утешил меня Боб. – Они убивали его со всей подобающей случаю ответственностью. Несколько раз. Он объявился после того, как Стражи казнили его в начале девятнадцатого века, поэтому второй раз они подошли к этому серьезно. Что ж, так и надо этому ублюдку сумасшедшему.

Тут меня вдруг осенило.

– Ты что, был с ним лично знаком?

– А разве я тебе не говорил? – удивился Боб. – Он был моим хозяином почти сорок лет.

Я удивленно уставился на него.

– Ты работал на этого монстра?

– Что было – то было, – произнес Боб не без гордости.

– Как ты тогда попал к Джастину?

– Во времена первой казни Кеммлера, Гарри, Джастин ДюМорн исполнял обязанности Стража. Он подобрал меня на пепелище лаборатории Кеммлера. Типа, так же, как ты подобрал меня на пепелище лаборатории Джастина, когда убил его. Так сказать, круговорот жизни, прямо как у Элтона Джона в песне.