Баттерс высунул голову за дверь и боязливо огляделся по сторонам.

– Никого не вижу.

– Вы можете запереть эту дверь снаружи?

Звякнули ключи на связке.

– Да, – отозвался он.

– Тогда приготовьтесь сделать это, – буркнул я. Следом за Баттерсом я вышел в коридор и захлопнул дверь за собой.

– Запирайте, – рявкнул я. – Живо!

Баттерс сунул ключ в скважину и повернул. Тяжелые стальные ригели с приятным, основательным таким щелчком задвинулись в гнезда за мгновение до того, как что-то ударило в дверь изнутри с такой силой, что пол содрогнулся у меня под ногами. Секунду спустя дверь дернулась еще раз, и в центре ее вспухла выпуклость размером примерно с кулак.

– Господи! – выдохнул Баттерс. – О Господи, это Фил. Что это? Что происходит?

– Что-то, связанное с вами, – бросил я, схватил его за руку и потащил по коридору со всей скоростью, на которую были способны его короткие ноги. Ключи от двери – они есть у кого-нибудь еще?

– А? – Баттерс на мгновение зажмурился. – Э… о… у других врачей. У дневной охраны. И у Фила.

Дверь содрогнулась еще раз, на ней вспухла еще одна выпуклость, а потом все стихло.

– Похоже, Гривейн тоже догадался об этом, – буркнул я. – Идемте, пока он не нашел нужный ключ. Ключи от машины у вас с собой?

– Да, да… постойте… ох, да, вот они, – зубы у Баттерса стучали так громко, что он едва мог говорить, и он спотыкался каждую пару шагов. – Боже… о Боже, это все взаправду!

Из коридора у нас за спиной донесся металлический лязг. Кто-то примерял ключи к замку.

– Баттерс, – произнес я, схватив его за плечо и делая над собой усилие, чтобы не хлестнуть его по щеке, как это делают в кино. – Делайте все, как я скажу. Не рассуждайте. Думать будете потом. Только шевелитесь, а то этого "потом" не будет.