Поэтому мне приходится отвечать за контроль над этой разрушительной энергией, направляя ее на помощь людям, на то, чтобы защищать их. И неважно, что я только что перепугался до чертиков. Неважно, что мою руку сжигает острая боль. Неважно, что мою старую, верную машинку снова покалечили, или что кто-то пытался убить одного из немногих людей в этом городе, кого я могу назвать настоящим другом.

Надо держать себя в руках. Соблюдать осторожность. Рассуждать здраво.

– Гарри? – окликнул меня Баттерс, выждав минуту. – С вами все в порядке?

– Угу. Дайте мне только еще минуту.

– Чего-то я не понял, – произнес он не слишком чтобы уверенно. – Что все-таки случилось?

– Вы бы предпочли не знать этого, – сказал я.

– Вовсе нет.

– Поверьте, – вздохнул я. – Вам и правда лучше не впутываться в эти дела.

– Но почему?

– Вы пострадаете. Или вас убьют. Не ищите неприятностей на свою задницу.

Он обиженно засопел носом.

– Эти люди пришли за мной. Не я за ними, а они – за мной.

Что ж, в этом имелась своя логика, и все же мне ужасно не хотелось видеть Баттерса вовлеченным в конфликт между людьми вроде Гривейна, его мертвецами и его седоволосым партнером. Как правило, при встрече со сверхъестественными нехорошими парнями смертные держатся не слишком чтобы хорошо. За свою жизнь я перевидал не одного, и не двух мужчин и женщин, погибших в подобной ситуации, несмотря на все мои попытки спасти их.

– Это нереально, – сказал Баттерс. – Я знаю, вы с Мёрфи много всякого говорили о черной магии и прочих потусторонних штуках. И я сам видел кое-что, чему трудно найти объяснение. Но… я даже представить себе не мог, что подобное вот этому вообще возможно.