Когда Таллия, миновав все опасности, поджидавшие ее в городе, вернулась в крепость, то обнаружила, что оборона потерпела крах. Войска Иггура оттеснили защитников Туркада к последнему бастиону – Старому Городу. Таллия побежала в зал аудиенций, но там Мендарка не оказалось, и даже его офицеры не знали, где он. После долгих поисков она увидела его на городской стене, где он отдавал приказы своим военачальникам.

– Безнадежно, – устало произнес Мендарк. Его лицо и руки были покрыты грязью и копотью, а одежда забрызгана кровью; он был вымотан. Рядом с Магистром стоял Беренет, щеголеватый, как всегда. Со слезами на глазах Мендарк смотрел на дымный горизонт. – Взгляни на эти разрушения. Вся Галерея в огне. Старая Ограда превратилась в пепел. От четырех тысяч лет истории не осталось ничего! Чем дольше мы сражаемся, тем больше людей гибнет, а поражение неизбежно. Но как же я могу сдать Туркад? Я всем сердцем люблю мой город.

– Где Глава Ассамблеи?

К ним быстро подошел гонец с новым донесением. Мендарк сломал печать.

– Эта предательница! – сплюнул Беренет. – Она сбежала, нагрузив добром свои баржи до самой ватерлинии.

– Ассамблея дезорганизована, – добавил Мендарк. – Они бы не смогли управлять и детской площадкой! Есть только я! – Он склонился над бумагами.

– Тогда ты должен защищать Туркад и делать для людей все, что в твоих силах, пока есть надежда, – сказала Таллия.

– Конечно, но еще более важно преследовать цель Совета. Никогда еще в этом не было такой необходимости, как теперь, когда обезумевший Тензор сбежал с Зеркалом. – Мендарк взглянул вниз, на город, там над сотней зданий был водружен флаг Иггура – черный тигель на фоне белого круга. Он больше походил на сжатый кулак, и жители Туркада называли солдат Иггура чернокулачниками.

– У меня есть план, который может тебя заинтересовать, – заявил Беренет, начищая свои серебряные пуговицы.