Гарри горестно хмыкнул:
— Второго моего друга скоро не станет, а я уже ничего не могу сделать…
— Неужели все так серьезно? — подивился Вестник.
— Пойдем, я покажу.
Все пятеро поднялись на ноги и подошли к лежащему по другую сторону костра Рону. Гарри аккуратно отогнул сделанную им самим перевязку и указал на рану.
— Да–а-а, — протянул Голод. — Смерть, нам нужен Войт.
— Пожалуй, — согласились Вестник и Провокатор, а последний добавил, обращаясь к Смерти: — Вызови его. Он сейчас не на задании?
— Он последние два века не на задании, — отозвался Смерть.
Он поднялся с колен, сложил руки в особый знак и запел на каком‑то древнем языке. Гарри ничего не понимал.
— Кто такой Войт? — спросил он у Вестника.
— Это сокращенное от «Вечный Воитель», — шепотом ответил тот.
— Почему «Вечный»?
Вестник бросил на него внимательный взгляд.
— Он сам расскажет. Когда будет точно знать, что тебе можно доверять.
Смерть тем временем закончил ритуал, опустил руки, а затем резко поднял их над головой. Земля у его ног разверзлась, и оттуда галопом выскочил еще один всадник. Его необычный конь больше всего напоминал лошадей гелиопатов: такой же высокий, крепкий с виду и объятый языками пламени. Всадник немедленно спешился и опустился на колено перед Смертью. Его конь спокойно отошел к лошадям Гарри и четырех всадников. Смерть выждал пятнадцать ударов сердца и молвил:
— Встань, Войт.
Всадник поднялся, и только теперь Гарри получил возможность как следует рассмотреть его. Лицо всадника было сокрыто капюшоном, одет он был в неясного цвета балахон, который менял свой цвет в зависимости от степени освещенности. В складках балахона терялись кожаные ножны.