- Привет! - изображая радость, сказал я.

Они недружно ответили. Конечно, они пришли из-за меня к Нине, а тут я, собственной персоной.

- Ты Нину ждешь? - спросила находчивая Наташка.

- Нину, - ответил я. - А что?

- Ничего, - ответила Наташка. А у самой голос задрожал, но она все же нашла в себе мужество сознаться: - И мы к Нине.

Они стояли рядком, напротив меня, и не знали, что делать.

- Садись, - сказал я. - Будем ждать вместе.

- Конечно, - сказал Толя. - Вместе всегда веселей. - И взгромоздился на стул.

Наташка с Гогой тоже сели.

Помолчали.

Они за мной следили исподтишка, но я все прекрасно видел: как они переглядывались, как ободряли друг друга, как подталкивали для беседы.

- А у меня зуб больше не болит, - сказал Гога.

Дело в том, что я его вчера водил к зубному врачу. У них там дома все были заняты. Я хотел спросить у Гоги, отчего это он так вопил у врача, потом решил, что при всех не стоит.

- Боря, а как ты думаешь, Нина скоро придет? - спросила Наташка. - А то я сегодня дежурная.

- Не знаю, - ответил я.

Я стал их рассматривать, и под моим взглядом они перестали подталкивать друг друга - сидели не шевелясь. До чего же у них были смешные лица! Нет, правда. Вы когда-нибудь попробуйте, всмотритесь в первоклассников. Это совершенно особенные люди. На их лица можно смотреть без конца. Они всегда живые: что на сердце, то и на лице.

- Боря, а может быть, ты передумал? - спросила Наташка.

- Ничего я не передумал, - ответил я.

А сам действительно испугался, что могу передумать, и стал себя растравлять и вспоминать, как я из-за них был неоднократно унижен. Они из меня сделали няньку: и брюки я им застегивал, и к зубному врачу водил. А вчера еще в добавление ко всему пришлось зашивать Наташке платье: она его разодрала на одном месте, села на гвоздь.