Наверное, я должен был испугаться до сумасшествия, завыть на луну или же просто биться затылком о столб, чтобы умереть не от огня, а гораздо раньше – от (хе-хе) сотрясения мозга. За этот час я уже десять раз понял – никто не придёт ко мне на помощь, я сам себе помочь – не в состоянии… Должно быть, у меня с психикой что-то не так, но от осознания того, что всё неизбежно, я успокоился. Страх куда-то отступил на второй план, захотелось совершить что-то эдакое… безумное и не поддающееся объяснению. Кроме того, мысли явно легли на философский лад… вон, стихи сочинять стал! Или у кого-то стырил… не помню.

– Мда, похоже, я зря дала тебе час! – с досадой произнёс старушечий голос над самым ухом.

Я вздрогнул от неожиданности и приложился головой о столб. Старуха злобно захихикала.

– Ничего, сейчас живо в норму вернёшься! Вот тогда-то будет благодаааать!! – и засуетилась с растопкой.

Я следил за ней совершенно безумным взглядом. Дрова всё никак не желали заниматься. Старушка ругалась, но упрямо продолжала заниматься явно бесполезным делом. В конце концов, происходящее начало меня раздражать.

– Да полей ты дрова настоем Греммы!! – не выдержал я.

И понял, что натворил, только тогда, когда старушенция радостно подскочила и помчалась к своему дому. Через пару минут она уже снова увлечённо меня поджигала. И на этот раз у неё получалось… огонь весело занимался, перескакивая с палки на палку. До меня пока добралось лишь отдалённое ощущение тепла, но и этого было достаточно, чтобы взгляд мой оцепенел, а сам я замер, как кролик перед удавом – заворожено любуясь пляской пламени… и чувствуя, как внутри с неведомой доселе силой разгорается страх.

Тонкими ледяными щупальцами сжимая жалобно трепыхающееся сердце, страх подкрадывался к горлу, парализуя и расползаясь всё выше… добираясь до мозга.