Дракон безразлично смотрел, как служители обматывают один ее конец вокруг прутьев, намертво заклепывая, пока принц защелкивал второй замком на его ошейнике. Потом люди ушли, оставив дверь вольера открытой.

Устроившись в сторонке, Соно терпеливо ждал реакции дракона. И был крайне разочарован, когда ее вообще не последовало: дракон не то что выйти — встать не потрудился! И это притом, что раньше он бросался в бой едва увидев человека, не обращая внимания на возможные препятствия! Это было странно и не понятно. Принц обеспокоился и задумался.

Он попробовал выманить дракона наружу — бесполезно…

— Что же ты! Дверь открыта… Вставай!

Дракон не шевелился, прикрыв голову рукой, — хоть самому тащи его.

— Наблюдайте. Если он выйдет, сообщите мне в любое время, — приказал принц.

— Но Ваше Высочество, это опасно… — попробовал возразить главный ловчий.

— Чем? — оборвал его принц, — Цепь ему не порвать.

Увы, приходилось признать, что затея принца успехом не увенчалась: мало того, что дракон никак не реагировал на открытую дверь вольера, так и молоко в мисочке осталось нетронутым.

— Опять? — Соно зло поддел ногой цепь.

Такой дракон не впечатлял, а значит, — был ему не нужен.

— Не может быть, что бы тебе не хотелось выйти! Я знаю, что хочется. Сомневаюсь, что в цирке тебя выпускали на травку!

Дракон сделал только одно: опустил веки.

— Ящерица поганая! — Соно все-таки пнул его в бок.

Я человек, а не зверь! — сказал он себе, — ни один даже самый умный зверь не может справиться с человеком! И я заставлю тебя подчиниться!

Он думал — долго и напряженно, и вспомнил: кошки. У его матери были кошки, много кошек — целая орда наглых орущих созданий, которым прощалось все. Однажды в детстве, он попытался вывести их, должных изображать из себя тигров, на поводке.

Ничего не получилось, как и сейчас: пойманные с огромным трудом твари катались, грызли ремень, сдирали его лапами, а потом падали, делая вид, что сдохли. Играть по таким правилам они не желали. Возможно ли, что и на дракона цепь подействовала так же? Странно, раньше она ему не мешала бросаться на врага…