Сейчас на улицах не было ни души. Не знаю, пользовался Cи-Турман у народа авторитетом или нет, но страх он, бесспорно. вызывал. Иногда, попадая в то или иное место и еще, по сути дела, не увидев ничего страшного, вы чувствуете нечто — назовем это запахом. Запах страха. Предупреждение. Именно так.

Что я увидел? Виселицы? Я видел их и раньше. Разгромленный базар? Пустые улицы? Но соедините это все вместе, прибавьте сюда взгляды, которыми вас провожают сквозь щели в ставнях, бесконечные отряды патрульных, попадающихся навстречу, и вы поймете, что я имею ввиду.

И тут из глубины фургона раздался тихий, чуть насмешливый голос. Детский.

— Мир вам, торговцы.

Я обернулся и увидел, как изумленный Одорф во все глаза таращится на неведомо откуда появившуюся пару — худого мальчишку в сером плаще и мужчину лет двадцати семи, высокого исцарапанного блондина с бегающими глазами. Очень испуганного.

— Ты как сюда попал? — свистящим шепотом поинтересовался Одорф.

Мальчишка чуть заметно пожал плечами и промолчал. Я посмотрел на его правую руку. Так и есть. Браслет…

— Ты — воин Лин?

— Да. Это — жест в сторону спутника, — Олег, мой пленник.

Я внутренне усмехнулся, заметив, как передернуло Олега при слове «пленник». Воин серого клана мог выглядеть как мальчишка, да он и был мальчишкой, но ему помогала Сила, и по физическим данным Лин многократно превосходил любого атлета. Другой вопрос — каково в двенадцать лет точно знать, что не доживешь до четырнадцати… Кстати, не исключено, что именно из-за его возраста так беспокоятся Хамелеоны. Законы серого клана мальчишка знает и старается выполнять, но они еще не успели стать его сутью. Прежде чем сделать, он думает. А сие кланом не поощряется. Ну да ладно. Совесть им судья, этим Хамелеонам.