Вот и все. Она станет почти королевой и уедет за горы. Отец, мать, братья, Анна, замок над рекой, старая акация, алые бабочки, все это будет прошлым. Она так и не узнает, что такое любовь, зато у нее будет муж. Женщины должны выходить замуж. Так надо, так делают все, но почему так далеко?

— Миклош Мекчеи приезжает сегодня, — сильная рука взяла девушку за подбородок, — да не бойся ты! Если он тебе не понравится, значит, не судьба, но я бы очень хотел, чтоб дело сладилось.

— Хорошо, — Аполка героически улыбнулась, — я постараюсь.

Миклош осадил коня, любуясь на белый замок у реки, такой непохожий на алатские крепости. Любопытно, какова живущая там девушка, которую, если все сладится, придется называть женой? Кошки разодрали б эсператистских святош, выдумавших законный брак. В древние времена мужчине, чтоб обзавестись наследником, не требовалось связывать себя с какой-то одной женщиной. Старые боги ценили кровь, а не слова, любовь, а не браслет на руке.

— Красивые места, — Янош, доезжачий алатского наследника и большой его приятель с нескрываемым удовольствием глядел на цветущую равнину, — если б не агарийцы, цены б не было.

— Ты это только при хозяевах не брякни, — хмыкнул Миклош, — мы сюда не за яблоками приехали, а за агарийкой.

— Ну и зря, — припечатал Янош, — из змеюки птичку не сделаешь. Мало в Алате красоток, чужачка понадобилась.

— Красоток много, — согласился наследник, — на всех не женишься, вот и приведу агарийку, чтоб никому обидно не было. И потом, ты же сам знаешь...

— Знаю, — лицо Яноша сразу поскучнело. В его семье агарийцев ненавидели даже больше, чем в доме герцога, но сила была на стороне короля и церкви, которым нравилось держать в одной запряжке кошку и собаку. Считалось, что Агария и Алат добровольно объединились под скипетром уэртской династии. Как бы ни так! Сидящий в Крионе хитрохвостый агариец с двойной короной на плешивой голове спал и видел превратить алатов в баранов для стрижки. Зимой ему стрельнуло в голову привязать дом Мекчеи к Агарии при помощи женитьбы. Матяшу предложили на выбор — либо отдать в Агарию свою дочь Шару, либо женить сына на агарийке.